Маньчжурский гамбит. Книга третья

Умереть в пятьдесят восемь, да ещё и олигархом своего времени, — обидно. Очнуться же двадцатилетним белогвардейцем в промёрзшем вагоне, который мчит на Харбин, — это уже настоящий шок.

В карманах ни гроша, после тифа тело едва подчиняется, а за дверью теплушки — китайские патрули, банды мародёров и безжалостный 1920 год.

Всё, что у меня есть, — преданный казак-пластун с «маузером», юный наследник богатого рода и сотня голодных эмигрантов. Всё, на что я рассчитываю, — наглость и умения, унесённые из прошлой жизни.

Поднимать из развалин рухнувшую Империю я не собираюсь. Я построю свою.