Умереть в пятьдесят восемь, да ещё и олигархом своего времени, — обидно. Очнуться же двадцатилетним белогвардейцем в промёрзшем вагоне, который мчит на Харбин, — это уже настоящий шок.
В карманах ни гроша, после тифа тело едва подчиняется, а за дверью теплушки — китайские патрули, банды мародёров...