Я с детства грезил небом. Хоть на МиГе, как дед, хоть на «Сушке», как отец — не принципиально! Только в этой жизни мечта так и осталась мечтой… а потом всё переменилось.
Я всё же оказался в кабине пилота — но в эпоху Первой мировой. Деревянные аэропланы, лётные очки, кожаные куртки и едва уловимый дух разложения, который уже начинает пропитывать армию. До поражения — два года, до Революции — тоже два. Выжить бы в этом промежутке, хотя мысли то и дело уносятся дальше, в то, что будет потом.