Темные теории. Философия после постмодерна

Подробный разбор главных траекторий постпостмодерна и понятный путеводитель по многоликому полю современной философии.

…и вот они уходили один за другим: Барт, Фуко, затем Делёз. В густом полумраке, оставшемся после этих гигантов мысли, стало очевидно: философский постмодерн упёрся в стену — словно змея, свернувшаяся кольцом и кусающая собственный хвост, самопереваривание модерна, его живая нежить. Что оставалось дальше? Рискнуть и сделать шаг в неизведанную, неосвещённую область мышления. Так теории стали темнеть. Звери и микробы, грибы и бактерии, непроницаемый космос и океанские глубины, холодные алгоритмы киберкультуры, нечеловеческое, постгуманистическое и даже антигуманистическое — вот их новые владения. Там, за последней полосой света, которую ещё удерживало угасающее Просвещение, шевелятся тревожные тени гегелевской «ночи мира»: здесь Лавкрафт словно бы смотрит Кроненберга, а радикальные нигилисты — фон Триера; здесь спекулятивные реалисты читают Филипа Дика и примеряют ожившие костюмы Мартена Маржела; экологические активисты вглядываются в «Чёрное зеркало» и «Чужого»; киберпанки прислушиваются к оглушительной тишине Джона Кейджа; а «тёмные» делёзианцы — к шумовым пластам Einstürzende Neubauten и мизантропическому крику блэк-метала. Бруно Латур и Донна Харауэй, Квентин Мейясу и Грэм Харман, Ник Ланд и Реза Негарестани — среди многих других — спускаются в катакомбы современного постгуманистического мышления. Мы отправимся вслед за ними, чтобы понять: есть ли во тьме хоть что-то — и если да, то что именно.