Погибнуть, спасая другого, — для врача, пожалуй, не худший исход.
Я отдал медицине всю жизнь. Заключительная операция обернулась и триумфом, и приговором: прямо у операционного стола меня сразил инфаркт.
Однако вместо конца я пришёл в себя в чужом теле — молодого дворянина Михаила Салтыкова — в Санкт-Петербурге образца 1805 года. Реальность нового времени встретила меня долгами, испорченной репутацией, последствиями чужих решений и медициной, отстающей от моих знаний на двести лет.
Теперь мне нужно заново заслужить доверие людей, отыскать своё место в Российской Империи и доказать: настоящий врач способен менять судьбы независимо от эпохи.
В мире, где ещё не слышали о микробах, современных операциях и множестве болезней, мне выпал второй шанс.