Он погиб, прикрывая раненого под огнём, — и пришёл в себя в таком же пекле, только уже в 1941-м. Всё то же: стрельба, разрывы, боль и кровь, но теперь за спиной звучит не «Руки вверх!», а «Хенде хох!».
Навыки хирурга и солдата снова проходят испытание временем: зажим — чтобы вытащить своего, выстрел — чтобы остановить врага. Так для него начинается новая, но до боли знакомая Великая война.