Сумерки духа

«Безмолвие. Такое густое, что в сочной ярко‑зеленой траве замирают даже кузнечики, а птицы скользят над парком тихо, не издав ни звука. Вдалеке, там, где кроны редеют, проступает долина — синяя, сизая, чуть дымчатая и невесомая, будто за ней уже начинается край земли. Над долиной — белые облака; облака плывут и над парком, и над домом, но небо все равно кажется неправдоподобно высоким: долина слишком глубоко внизу, и взгляд тянется к самому горизонту, к границе мира. Дмитрий Васильевич Шадров смотрел на полосатую маркизу террасы, собранную мягкими складками, на бледное небо над туманной долиной и над близкими кудрявыми, темно‑зелеными деревьями парка…»